С решением данного вопроса, который интересует ученых-психологов уже давно, примерно с конца XIX в., когда возникла зоопсихология, связан ряд других вопросов. Эти вопросы следующие:

- Имеется ли общее в тех знаках, которыми для общения друг с другом пользуются высшие животные, и в знаковых системах (например, языке и речи), которыми пользуются люди?

-Можно ли утверждать, что язык и речь человека произошли от языка и речи животных?

-Можно ли современных высших животных научить пользоваться человеческой речью?

-Могут ли они осваивать человеческий язык? Если это невозможно, то почему?

Попробуем кратко ответить на все эти вопросы.

Кое-что общее в речи человека и животных обнаружить, наверное, можно. Например, человекообразные обезьяны могут воспроизводить звуки, подобные звукам человеческой речи. Их голосовой аппарат устроен примерно так же, как голосовой аппарат человека. Иногда высшие обезьяны обмениваются между собой звуками, чем-то напоминающими человеческую речь. Животные, по крайней мере высшие, также могут обмениваться друг с другом информацией с помощью мимики и жестов, причем жесты и мимика антропоидов порой очень похожи на жесты и мимику человека. Это в свое время обнаружил и доказал Чарлз Дарвин, использовав соответствующие факты для научного обоснования своей теории естественного происхождения человека. Из повседневного опыта общения с некоторыми домашними животными, например с собаками, мы знаем, что и они в какой-то мере способны понимать жесты и мимику человека. При этом, однако, нет убедительных научных оснований для утверждения, что язык и речь человека произошли от языка и речи животных. До сих пор, несмотря на многолетние и многочисленные поиски, у животных не удалось обнаружить системы знаков, напоминающих человеческий язык, да и те знаки, которые, общаясь между собой, демонстрируют высшие, человекообразные обезьяны, мало напоминают язык человека. Изучение древних человеческих культур, свойственных первобытным людям, обнаруживает, что все люди имели язык общения и в какой-то мере владели человекоподобной речью. В то же время изучение истории животных, в том числе и скудные данные о человекоподобных существах, занимающих промежуточное положение между человеком и животными — питекантропах, не дают нам информации о том, что обезьяночеловек (именно так на русский язык переводится слово «питекантроп») имел язык и соответствующую ему речь. Таким образом, возникновение языка и развитие речи — это исторический факт, который пока что можно связать только с современным человеком и отнести его в недалекое прошлое человечества, насчитывающее не более 50—60 тыс. лет (таково время истории культуры современного человека, в то время как история человека как биологического существа насчитывает около 3 млн. лет). Это составляет всего лишь около 2% времени существования человека как биологического вида.

Чтобы окончательно убедиться в том, что язык и речь людей не имеют ничего общего со своеобразным языком и речью животных, ученые на протяжении почти целого века пытаются обучать человекообразных обезьян человеческой речи. Эти попытки представляют не только общий познавательный, но и серьезный научный интерес. Их удача должна была бы свидетельствовать в пользу того, что по крайней мере антропоиды имеют предпосылки к освоению языка и речи и, следовательно, генетические корни языка и речи людей существуют. Неудача же подобных попыток, напротив, должна была убедить ученых в том, что генетических корней человеческого языка и речи у животных нет. К сожалению, многочисленные попытки ученых научить человекообразных обезьян пользоваться языком и речью человека до сих пор успеха не имели. Окончательно убедившись в этом, ученые попытались по крайней мере объяснить причины этих неудач. Были предложены следующие объяснения:

1. Животные не могут осваивать речь человека потому, что их мозговые центры, управляющие коммуникативной функцией, устроены иначе, чем у человека. Действительно, структура и функции мозговых, в частности корковых рече­вых, центров человека принципиально отличаются от устройства и функционирования соответствующих центров у животных. Речевые мозговые центры человека занимают гораздо больше места в коре головного мозга, чем соответству­ющие структуры в коре головного мозга человекообразных обезьян. При этом сами эти центры у человека устроены на­много сложнее, чем соответствующие структуры у человекообразных обезьян.

2. Животные не могут пользоваться человеческой речью потому, что сочетания звуков для них никогда не выступают как понятия. Это характерно лишь для человека. Звуки животного выражают лишь его состояние в данный момент времени. Слова, произносимые человеком, несут в себе определенные знания, не зависимые от его актуального физического или психологического состояния. Иными словами, речь для животного выступает лишь в ее коммуникативной функции, в то время как у человека она также выполняет интеллектуальную роль. Ни язык, ни человеческую речь невозможно понять и по-настоящему освоить без использования интеллектуальной функции речи.

И все же попытки обучать животных человеческой речи продолжались и продолжаются до сих пор. В 1972 году аме­риканскими учеными супругами Гарднерами (Б. Т. Гарднер и Р. А. Гарднер) был проведен обучающий эксперимент, в ходе которого им удалось научить шимпанзе женского пола пользоваться человеческими жестами в общении с людьми. Обучение началось тогда, когда обезьяне было около года, и завершилось спустя 4 года. За это время шимпанзе научилась ис­пользовать в общении с человеком около 130 различных жестов. Другой американский ученый, Ф. Г. Патерсон, обучал обезьяну-гориллу человеческим жестам в течение 6 лет и также добился положительных результатов. В возрасте около 7 лет его обезьяна (она также оказалась обезьяной женского пола; особи женского пола, наверное, лучше осваивают речь, чем представители мужского пола) умела пользоваться в общении с человеком примерно 375 жестовыми знаками. Эти и другие подобные опыты наводят на мысль о том, что у высших, человекообразных обезьян все же существуют ограниченные возможности освоения речи людей в ее коммуникативной функции. Следовательно, существуют также и генетические корни коммуникативной функции речи человека. Но это, однако, не означает, что существуют генетические корни человеческой речи вообще, так как у современного человека речь является интеллектуализированным образованием, то есть тесным образом связана с мышлением. Даже в том случае, когда современный человек использует язык и речь как средство внутривидового общения (как средство обмена информацией), он с их помощью обменивается с другими людьми не звуками, выражающими лишь его внутреннее состояние в данный момент, а мыслями, содержащимися в соответствующих словах, то есть не столько субъективной, сколько объективной информацией.